Феномен Чикатило

В этой статье мы не стремимся показать или описать преступления Чикатило, это давно сделано до нас. И этот интерес вполне объясним: еще не было в отечественной истории маньяка, безнаказанно орудовавшего 12 лет и унесшего жизни 56 человек. Нам хотелось бы показать внутренние движущие мотивы и психические факторы, благодаря которым Чикатило вошел в историю как серийный убийца № 1. Конечно, мы взяли на себя задачу не из легких и все же попробуем объяснить необъяснимое — людоедские действия преступника, приводившие в ужас людей.
Для этого мы встретились с профессором психиатрии, старшим научным сотрудником НИИ общей и судебной психиатрии им. В. П. Сербского Андреем Владимировичем Покобатько, входившим в группу ученых-психиатров, обследовавших маньяка на вменяемость.

— Андрей Владимирович, ответьте, пожалуйста, на вопрос: так почему же все-таки Чикатило совершал свои преступления, что им двигало?

— Для того, чтобы понять внутренние мотивы совершения этих преступлений, необходимо разобраться в его биографии. Итак, отечественный потрошитель Чикатило Андрей Романович родился в Сумской области в 1936 году, родителям к моменту его появления на свет было больше тридцати лет. Детство проходило в тяжелых условиях, семья голодала. До 12-летнего возраста страдал ночным анурезом. Отличался мечтательностью, впечатлительностью, склонностью к фантазированию. Во время голода 1946—47 гг. опасался, что его могут украсть и съесть, поэтому не отходил далеко от дома. Родители рассказывали ему, что его старшего брата украли и съели во время голода 1933 года.
С девочками не дружил, всегда сторонился их. Написал клятву о том, что никогда не дотронется до чьих-либо половых органов, кроме своей жены. В 17 лет из любопытства совершил акт мастурбации, который продолжался около пяти минут и на фоне ослабленной эрекции сопровождался неяркими оргиастическими переживаниями. После этого неоднократно пытался совершить половые акты с различными женщинами, но из-за ослабленной эрекции у него ничего не получалось. Впервые появились периоды сниженного настроения, с 18—19-летнего возраста очень переживал из-за своей сексуальной неполноценности, пытался покончить жизнь самоубийством. Поступил на заочное отделение электромеханического института, считая это некоторым реваншем за свои сексуальные неудачи.
С 1957 по 1960 гг. служил в армии, в войсках КГБ, где у него и произошли первые пассивные гомосексуальные контакты с сослуживцами, по его словам, насильственные. С 27 лет состоял в браке. С женой его познакомили родственники, в семье жена командовала всем, а ему нравилось ей подчиняться. С первых дней их совместной жизни жена отмечала у него половую слабость, он не мог совершить половой акт без ее помощи. До 1984 года он совершал с ней половые акты не чаще одного раза в 2—3 месяца. На протяжении последних 6—7 лет совместной жизни в интимную связь не вступал, если жена выражала протест, он устраивал скандал. До 1970 года работал на различных предприятиях связи, с коллегами по работе был замкнутым, необщительным. Однако на политинформациях выступал охотно, ему нравилось, когда его слушают. Поступил учиться на филологическое отделение Ростовского университета. После окончания работал в различных учебных(!) заведениях. Первое время к работе подходил серьезно и старательно, тщательно готовился к урокам, однако не смог обеспечить тишину и порядок на занятиях. Ученики над ним открыто издевались, унижали, курили на уроках. Из школы-интерната его уволили в 1981 году «за несоответствующее поведение», а на самом деле — за развратные действия по отношению к учащимся. До 1984 года работал инженером, но был привлечен к уголовной ответственности за хищения и некоторое время находился в следственном изоляторе, где вступал в пассивные гомосексуальные контакты с сокамерниками. Его вина не была доказана, Чикатило был выпущен на свободу, и с 1985 года по 1990 работал в бюро цветного металлопроката, последнее место работы — отдел внешней кооперации РЭВЗ. Но это, так сказать, только общая картина его жизни, была и вторая, скрытая сторона медали, и это была поистине инфернальная бездна.
Когда его племяннице было пять-шесть лет, он, оставшись с ней наедине, дотрагивался до ее половых органов, а потом неоднократно предлагал вступить с ним в половую связь. По его словам, с тех пор, как он стал работать воспитателем в СПТУ, у него постепенно сформировалась потребность «удовлетворять свои половые инстинкты по-разному». Постепенно почувствовал, что у него сформировалось желание удовлетворять свои сексуальные инстинкты с детьми, причем пол не имел значения. Получал сексуальное удовлетворение также от того, что в общественном транспорте прижимался к молодым девушкам и женщинам. К девочкам его влекло постоянно, хотелось их щупать и щипать. Когда оказывался в интимной обстановке с детьми, им «овладевала какая-то необузданная страсть», потом он стыдился своего поведения.
Первое убийство совершил в 1978 году, объясняет это тем, что незадолго до этого был избит учениками и, опасаясь повторения избиения, стал носить с собой нож. Случайно встретив на улице маленькую девочку, им вдруг овладело сильное половое возбуждение, захотелось увидеть ее половые органы, в этот момент ощущал сильную дрожь. Отведя ребенка в укромное место, он набросился на нее, стал зажимать рот руками, рвать одежду, сдавливать горло, чтобы не было слышно крика, остановиться в этот момент он уже не мог. Вид крови привел его в еще большее возбуждение, произошло семяизвержение, испытал ярко выраженной оргазм и сильнейшую психическую разрядку, «как будто освободился от цепей». А дальше пошло-поехало. В 1982—83 годах в лесных массивах, прилегающих к городам Шахты, Новошахтинск, Новочеркасск, а также на выезде из Ростова-на-Дону в сторону указанных населенных пунктов стали совершаться убийства женщин, детей и подростков обоего пола. По способу совершения эти преступления отличались особой жестокостью, с причинением жертве многочисленных колото-резаных ранений садистского характера.
Встречая будущие жертвы, Чикатило надеялся, что ему удастся совершить с ними нормальный половой акт, но все равно уводил в отдаленные места, чтобы в случае неудачной попытки «скрыть свой позор, убив жертву». Знакомился с жертвами для того, чтобы удовлетворить свои половые потребности, каким образом это произойдет, не планировал, «однако, зная себя, допускал, что в процессе полового акта может пойти и на убийство». После совершения убийства наступало глубокое чувство психологической и физической разрядки, улучшалось настроение, он становился добрым и жизнерадостным. Но это продолжалось одну-две недели, далее он становился опять вялым, апатичным, чувствовал себя ненужным.

— Неужели никто из 56 жертв ничего не заподозрил, не попытался избежать страшной участи?

— Ну как можно было заподозрить такого благообразного вида пожилого человека, в очках, шляпе, с портфелем в руках, мягкого и обходительного?
Все эти атрибуты — очки, шляпа, пустой портфель, внешнее спокойствие — входили в систему обмана. Знакомясь со своими будущими жертвами, он предлагал пройти с ним в отдаленное место под благовидным предлогом. Иногда приходилось идти довольно далеко, при этом маньяк избегал смотреть жертве в глаза. Если человек отказывался от знакомства, он никогда не настаивал. Перед тем, как наброситься, ощущал сухость во рту, его всего трясло. При виде крови начинался озноб, «весь дрожал», совершал беспорядочные движения. Кусал жертве губы и язык, откусывал соски. Ножом у женщин вырезал матку, а у мальчиков — мошонку и яички, которые потом грыз и разбрасывал, а в ряде случаев проглатывал, что доставляло «звериное» удовольствие и наслаждение. Когда вспарывал женщинам животы и добирался до маток, «возникало желание не кусать, а именно грызть их; они такие красные и упругие». Иногда совершал с жертвами половые акты в извращенной форме: когда не было эрекции, дотрагивался половым членом до окровавленного тела, происходило семяизвержение.

— Но возникает вопрос: почему никто не смог спастись, в конце концов, не попытался убежать?

— Чикатило отвлекал свои жертвы спокойной беседой, задавал им разные вопросы, касающиеся работы, учебы и т.д. Голос у него был тихий, спокойный, весь его внешний вид говорил об интеллигентности и воспитанности. Но, как правило, оказавшись сзади, он неожиданно набрасывался на свои жертвы. Нападение всегда было массированным и неожиданным. Он уже не контролировал себя, он уже был маньяк. И в период нападения у него значительно увеличивалась физическая сила, знаете, такое часто бывает у психически больных. Он действовал в экстатическом состоянии, под которым в психиатрии понимается болезненно-восторженное состояние, исступление. Это иной уровень психики, когда человек уходит от всего земного. Состояния экстаза во многом могут быть схожи с аффектом, и провести между ними границу не всегда возможно. В случае экстаза Чикатило характерны многие черты, свойственные аффектным состояниям: забывание многих деталей, полное успокоение после совершенного, иногда сон. После каждого убийства он спал около суток, а потом еще дремал на работе.

— Но если в эти моменты он действовал в состоянии аффекта и не управлял собой, не контролировал свои действия, то почему же он был признан судебной экспертизой вменяемым?

— Все просто: действовал он как психически больной человек, но только в те моменты, когда набрасывался на жертву. Оказываясь один на один с жертвой, он действительно себя уже не контролировал в этих ситуациях. Однако эти ситуации он создавал и подготавливал сознательно.

— А по какому принципу выбиралась жертва?

— Для него выбор объекта — мальчик, девочка или женщина — обуславливался тем, кто в данный момент оказывался рядом, ощущения от жертв мужского и женского пола были одинаковыми. Знакомился с ними он обычно в электропоездах, на остановках общественного транспорта, возле аэропортов и автовокзалов. Будущие жертвы обычно производили на него впечатление людей несчастных либо не удовлетворенных жизнью, среди них было немало спивающихся и умственно отсталых женщин, которых он завлекал в лесопосадки под предлогом совместного распития спиртного. Детей он заманивал к себе «на дачу», обещая показать видеомагнитофон, компьютер, щенков и т.д. Действовал в зависимости от ситуации, импровизировал, у него не было какой-либо определенной модели поведения. Место нападения он выбирал инстинктивно, то есть в этом месте несколько часов ему не должны были мешать третьи лица. Надо заметить, что инстинкт его ни разу не подвел.

— Но безнаказанно орудовать 12 лет... Что же милиция? Ведь он задерживался ею в 1984 году — и не только по подозрению в хищениях, но и по подозрению в убийствах...

— Скажем, ему действительно просто чертовски везло. Тут поневоле начнешь верить в потусторонние дьявольские силы, которые ему помогали. Да, действительно, в 1984 году он был задержан милицией по подозрению в убийствах, в его портфеле были обнаружены нож и веревка, однако Чикатило все отрицал. У него взяли кровь для экспертизы, желая сравнить группу крови подозреваемого с группой спермы, найденной на телах жертв. Обычно у людей группа крови и группа спермы совпадают, однако у Чикатило — и это редчайший случай, один на много миллионов — эти показатели оказались различными. Поэтому, когда у него взяли кровь на анализ и ее группа не совпала с группой спермы, найденной на местах преступлений, он был отпущен и успешно орудовал еще шесть лет. Во время совершения преступлений Чикатило научился уклоняться от брызг крови, а затем перед тем как выйти из леса, приводил свою одежду в порядок. Ему действительно везло, после своих кровавых оргий он некоторое время блуждал по лесу в полуобморочном состоянии, выходя из маниакального состояния. Несколько раз в этом состоянии он чуть не попал под колеса автомобиля, его несколько раз останавливала милиция, но отпускала. Далее, как следует из его слов, однажды он вел свою будущую жертву в лесополосу и его заметила большая группа водителей, которые стали отпускать в его сторону разные шутки. Чикатило был уверен, что допроси следователи этих людей, они смогли бы вполне подробно описать его внешность. Этот факт говорит о том, что были использованы не все, даже традиционные, возможности розыска. А поймали его, можно сказать, во многом случайно. Постовой милиции заметил выходящего из леса мужчину, он подошел к нему и проверил документы. Мужчина предъявил документы на имя Чикатило А. Р., а когда через неделю в лесополосе был обнаружен труп женщины, тут и вспомнил про него постовой милиционер. Дальше началась оперативная разработка, слежка и, как итог, задержание. Кстати, когда его задержали, он оставался спокоен, вял и довольно безразличен, замкнулся и, как в 1984 году, все отрицал. Молчал он 10 дней, а потом заговорил, рассказывая о своих преступлениях даже несколько охотно, но без большого удовольствия.

— Андрей Владимирович, вы лично общались с этим человеком, какой он?

— Трудно сказать. Производил впечатление спокойного, застенчивого. Несколько тугодум. На заданные вопросы отвечал обстоятельно, приводил множество незначимых деталей, не отвечая по существу. В результате рассказ становился малоинформативным. Когда его переспрашивали, дополнял свой рассказ новыми обстоятельствами, но опять же, не имеющими значения. Его мышление отличалось вязкостью, ригидностью, обстоятельностью, оно замедлено по темпу, с трудностями осмысления вопросов, переключения с одной темы на другую. Отмечался также формализм мышления с тенденцией описывать лишь внешнюю сторону события. В результате беседы с ним очень затягивались. До своего задержания на всех местах работы постоянно склочничал, вечно писал жалобы в ЦК КПСС, генеральному секретарю, в центральные газеты. Добивался справедливости, которая для него «была превыше всего». Только подумайте, в год ареста, в 1984-м, то есть в самый разгар кровавых оргий (убил 15 человек), он написал более 50 жалоб, ездил в Москву, ходил с транспарантом, требуя справедливости. Лично мне этот человек, как и большинству его сослуживцем и знакомых, был неприятен. Он отличался неуживчивым и очень неудобным характером, несколько неприятной манерой говорить и излагать свои мысли. Было в нем что-то такое отталкивающее. Убив 56 человек, он сам ужасно боялся смерти и в то же время восторгался ей, она его манила и завораживала. Он был во всех отношениях некрофилом, то есть разрушителем жизни, и многие люди, подсознательно ощущая это, относились к нему агрессивно, неприязненно, оскорбляли и презирали его. Он очень боялся физического воздействия и агрессии со стороны других людей, и этим объясняется его вежливость и предупредительность как стремление не вызвать на себя агрессию. Я могу привести еще массу подробностей о его личности, но думаю, что они будут интересны лишь специалистам.

— Итак, последний вопрос. Не могли бы вы раскрыть причины совершаемых им злодеяний. Почему?

— Этот вопрос самый сложный. Неспециалисту понять это очень трудно, необходимо вдаваться в медицинские психиатрические термины и понятия. Но попробую объяснить. Преступления Чикатило носят характер его мести окружающему миру и подсознательно мотивируются стремлением к самоутверждению. Правда, возникает вопрос, почему реализация такого мотива в его случае приобретает столь кровавые, чудовищные формы. По-видимому, как я уже говорил, ответ необходимо искать в некрофильной натуре этого убийцы, в его страхе смерти и тяготении к ней; в тех его садистских наклонностях, которые обуславливают сексуальное удовлетворение от мучений жертвы. Он очень противоречивое явление: с одной стороны — жалкая, ничтожная, всеми презираемая личность, полный банкрот и пожизненный неудачник, импотент и пассивный гомосексуалист, с другой — грозный безжалостный убийца, терзающий и кромсающий людей, бегающий в экстазе по лесу с кусками кровавого мяса. У него серая, ничем не примечательная внешность постоянно нуждающегося мелкого чиновника, он ничем себя не обнаруживал, замкнутый и отчужденный, постоянно недолюбливаемый окружающими, в лесу он превращался в неумолимого палача нескольких десятков детей и женщин, вырастая в грандиозную фигуру, в абсолютное воплощение зла. Он называл себя «хозяином леса» и в то же время, несколько раз предварительно связывая мальчиков-подростков, говорил им фразу: «Я отведу тебя к начальнику отряда» (Чикатило представлял себя партизаном), и после этих слов начиналась кровавая оргия. Здесь, в лесу, он мог себя объявить кем угодно, хоть генералом, хоть маршалом, хоть Господом Богом, но и здесь он занимает подчиненное положение, объявляя кого-то другого мифическим «начальником отряда». Говоря о своих преступлениях, был спокоен и совершенно не эмоционален, рассказывал так, как говорят о вещах будничных, пусть и не совсем приятных, постоянно жаловался на судьбу и отношение окружающих. Но ни разу у него не промелькнуло раскаяния или жалости к своим жертвам. Впрочем, можно ли ожидать чего-то иного от человека, выбравшего смерть своим ремеслом? Свою злость, бешенство, нереализованный сексуальный потенциал он срывал на половых органах жертв, «так как видел в них причину своих несчастий». Он уничтожал то, что олицетворяло для него недоступную область сексуальных связей, отсутствие которых для него являлось источником глубокой психотравмы. Отрезая половые органы мальчиков и проглатывая их, он пытался обрести не только мужскую силу, но и — символически, абстрактно — наказать себя за полную импотенцию.

Автор — Максим РАДОВ, социолог