Маньяки и серийные убийцы » Кулик, Василий Сергеевич
Новые статьи
Новостная лента
Спецпроекты
Партнеры
У них продается ewm mira 151 с доставкой в течении часа.

Кулик, Василий Сергеевич

Василий Сергеевич Кулик родился 17 января 1956 года в Иркутске. Отец — профессор-энтомолог, работал в сельхозинституте, затем на биофаке ИГУ, пробовал заниматься литературой. Мать — директор школы № 40 в Иркутске.

Василий Кулик был младшим из трех детей в семье.

Когда Вася появился на свет, родителям было уже за 40 и, естественно, что беременность и роды у матери проходили тяжело, существовала опасность аномалий развития плода и осложнений для самой матери.

Из показаний матери В.Кулика – Феодосии Степановны: «Врач Шергина, которая меня консультировала, сказала, что мне рожать нельзя, что тот, кого я рожу, будет не человек. Я все же решила родить, и роды длились у меня с 10 по 17 января. Они прошли под наркозом. Когда я впервые увидела новорожденного, то ужаснулась: он был очень маленький, без ногтей, уши вдавленные, большой живот пульсировал так, что казалось — лопнет… Он появился на свет недоношенным, семимесячным. До полугода его не купали, так как кожа от воды начинала чернеть. Только в шесть месяцев он начал походить на ребенка».

Первоначально организм новорожденного не принимал пищи, и питательные вещества ему вводили искусственно (внутривенно). Только через месяц мать с ребенком выписали из роддома, к тому моменту он весил всего лишь 2 килограмма 100 граммов

1957 — Из показаний матери В.Кулика: «Не исполнилось и года, как Вася тяжело заболел корью, мы с отцом, сменяя друг друга, держали его в вертикальном положении. Лежа он задыхался. С года Васю отдали в ясли, с этого возраста до трех лет он каждую ночь не спал… Около 1,5 года пытался заводить патефон. Думали — лунатик, и муж носил Васю к профессору Сумбаеву. Тот сказал, что сын просто любознательный. Сын продолжал бодрствовать по ночам, не давал спать, меня это настолько раздражало, что я сына била, муж его защищал…» Отец носил Васю на руках по ночным улицам, пытаясь успокоить его и оградить себя самого и сына от гнева матери. А мать до 2-х лет практически не подходила к своему малышу…

1964 – 1974 — учеба в средней школе № 13 г. Иркутска Впоследствии Вася дважды перенес гепатит, страдал ревматизмом, до 12 лет задыхался от бронхиальной астмы. Рос чрезвычайно ослабленным. Безразличие матери сменилось излишней опекой.

Свидетельствует сестра Кулика: «К Василию в семье было особое отношение, ему все позволялось и прощалось. Он это быстро понял и рос очень эгоистичным, порой до жестокости, ребенком… Однажды он схватил нож и побежал за мной, я едва успела выскочить из комнаты, захлопнув за собой дверь, в которую — слышала — впился нож».

Из показаний матери: «Я сама по профессии педагог-психолог. Поверьте, мы не баловали Василия, за поступки наказывали даже физически. Одевали скромно, лишнего ничего не покупали, не пошли навстречу, когда в старших классах вымаливал у нас мопед. Он себе и магнитофон-то купил, лишь закончив институт и устроившись врачом. Его друг после окончания института звал в хирурги, но Василий наотрез отказался, так как в силу своего характера не мог делать операции… А работать Вася начал после девятого класса — все лето дворником… В доме мы всегда держали животных — белку, черепаху, собаку, кота, он к ним очень хорошо относился. «

Кажется, мать совсем не знала своего сына… Позднее выяснилось, что в детстве Кулик самозабвенно любил мучить кошек — ловил их во дворе, и вместе с приятелем вешал. По признанию самого Кулика, однажды последние судороги животного совпали с небывало ярким оргазмом малолетнего садиста. Потом эти ощущения не раз закреплялись, и он настойчиво искал их в будничной жизни.

В школе Василий увлекся спортом, весьма преуспел в занятиях боксом — получил первый разряд. Окреп, возмужал. В начале семидесятых на областных соревнованиях занял 1 место в весовой категории до 57 кг. На очередных соревнованиях получил мощный нокаут, долго лечился, лежал в больнице, но все обошлось.

Рано стал интересоваться сексом, рано созрел. (В этом был похож на отца известного своей любвеобильностью). Первый сексуальный опыт был у него в школе.

Из показаний Кулика: » Еще школьником влюбился в одну, спал с ней, потом узнал, что у нее таких, как я, — с добрую дюжину. Студентом выезжал на уборку картошки, познакомился там с молодой замужней буряточкой, внешне похожей скорее на мальчика, обучившей меня всем извращениям. В ресторане сошелся с женщиной, которая доверительно поведала мне, что спит с любовниками своего мужа, они «пользуют» ее тем же способом, что и супруга… У меня было много любовниц, в последние годы — около 20, по нескольку одновременно. Считаю, что на меня повлияла женская распущенность. Женщины мне надоели. Я не получал с ними удовольствия…»

1974 – 1976 – служба в армии

1976 – 1982 – учеба на лечфаке в медицинском институте

Из интервью В. Кулика: «Росли мы в полном достатке. Хорошо учился в школе, легко поступил в государственный институт».

В институте он не только посвящал все свое время учебе, но и составлял снотворные снадобья, которые затем подмешивал в спиртное. Эти снадобья предназначались для однокурсниц, которых он приглашал на природу, и тогда даже те из них, кто ранее отказывал Кулику в сексуальных притязаниях, сопротивляться уже не могли. Никто, правда, не заявлял на насильника, помня происходящее после выпитого плохо.

1980 — возле Центрального рынка хулиганы-подростки ударили его обрезком трубы по голове и ограбили. (Примерно в то же самое время только уже в Москве подвергся нападению подростков и С. Головкин, впоследствии известный как «Фишер») После этого момента Кулик начал желать детей и его все меньше тянуло на женщин.

Из показаний В. Кулика «… последние лет 5—6 (после травмы головы) меня регулярно посещают мысли сексуального характера, где я совершаю половые акты с детьми. Вначале я думал только о девочках, потом и о мальчиках, а также о старушках…»

1980. После травмы головы он впервые пытается соблазнить ребенка – четвероклассницу Василину. Ему — 24 года, ей — 9. Пишет ей письма, дарит игрушки. Когда период «ухаживаний» прошел, начал зазывать на чердак, который присмотрел для «штаба». Говорил, как им будет хорошо, уютно, как станут весело резвиться и играть. Девочка не пошла — то ли ей хватило благоразумия, то ли у него еще не доставало опыта обольщения малолеток. Через полгода Василина сообщила об ухаживании маме. Мама заявила в милицию. Милиция проблемой для общества студента Кулика не сочла, а записочки, которые он писал девочке, потеряла.

Сам Кулик, анализируя эту ситуацию, дал такие показания: «Я понял, что для получения удовольствия мне требовалось, чтобы партнер не был знаком». К тому же зачем тратить столько времени на ухаживания, если с помощью физической силы можно получить все и сразу.

1981 — свадьба — с будущим юристом Мариной, девушкой из Северобайкальска. Марине было приятно обеспеченное положение его семьи, сам Василий нравился. Из показаний жены Кулика: «Василий производил впечатление мягкого, безвольного человека, но это не так. Он был очень целеустремленным, что задумает, сделает обязательно. В последнее время строил дачу, копил деньги на автомашину». К жене он охладел быстро: «Ведя половую жизнь с женой, я мысленно желал маленьких девочек».

1982 – окончание института.

Из дневника В. Кулика: «После института меня направили участковым терапевтом. Сразу понял: мое дело крайне опасно для здоровья — не столько населения, сколько моего… Завел такую систему лечения: от головы — анальгин, от горла — стрептоцид, от сердца — валидол и нитроглицерин, от живота — таблетки с красавкой, от давления — папазол, от печени — но-шпа. Начал приводить систему в жизнь. В первую очередь сдались и ушли в «небытие» самые тяжелобольные бабушки и дедушки, пополнив журнал «безвозвратных потерь» участка. Стало легче. Но еще находились люди, которые добирались до меня. Пришлось резко изменить тактику. После допроса больных я не стал сразу же ляпать рецепты и больничные, решил, что для этого существуют и узкие специалисты… При этом учитываю, что узкий спец принимает не каждый день, очередь к нему — как к министру… Но и если спец не промах, то отсылает прорвавшихся к нему на специфическое исследование… Неизвестно, когда мой страдалец вновь появится на пороге моего кабинета. Самыми крепкими оказываются пенсионеры. С молодыми проще — пока они бегают по всяким специалистам и анализам, глядишь, выздоровеют. А если упадут, то скорая в больницу спишет, все с моих плеч долой. Пенсионеров в больницу не берут, им скорая стимулирующий укол сделает — они снова бегоспособны. Носятся бедолаги пенсионеры, пока где-нибудь на улице не рухнут. А если выживут, есть верный способ направить их в онкодиспансер… Дело пошло. Сижу весь день приемный, пишу хорошие отчеты о снижении заболеваемости на участке… Самое главное в моем деле — чтобы больной ушел из бренного мира не с территории участка, а откинулся где-нибудь на улице или на больничной койке, тогда это уже не моя участковая промашка… Мои горе-больные по другим участковым разбежались… К кому больные рвутся, не завидую. Похудели, бедные, больше ставки не тянут. А начальство их везде и всюду нехорошими словами поминает — вот к чему приводит душевность к больным. Да и сами душевные участковые очень скоро вливаются в ряды больных. Благо я этого избежал». Начало врачебной практики совпало и началом его преступного пути

Весной 1982 года, когда его молодая жена была в роддоме, по дороге к сестре он заманил в гараж на Синюшиной Горе маленькую девочку. Изнасилование, задуманное экспромтом, получилось. С тех пор охота и происходила экспромтом — он желал и тут же получал. Такова была его игра. Потом, на следствии, Кулик не мог вспомнить всех случаев. Практически все названные Куликом первые эпизоды изнасилования не были доказаны…

Из интервью В. Кулика: «Семейная жизнь сложилась удачно, жена по образованию юрист, у нас двое детей, очень люблю их. Теперь они от меня отказались… Не пил, не курил, на себя лишней копейки не тратил. И вот «свихнулся». Сегодня даже для себя не могу объяснить, когда и почему сорвался … Не хочу себя оправдывать, но наш мир всегда был ужасно уродлив: полон насилия, жестокости. А теперь — больше, чем когда-либо: много убийств, властвует видеопорнография… Меня стали смущать малыши, подростки, их обнажённость. Однажды решился. Это было днём. Я встретил на трамвайной остановке восьмилетнюю девочку, знаете, эдакую современную акселератку и не мог преодолеть внезапно возникшего дикого желания овладеть ею. Изнасиловал. В ту осень у меня было несколько таких «приключений» с девочками и мальчиками. Все случаи не имели никаких последствий».

Первый эпизод, который удалось доказать и которым открылось дело Кулика, — было как раз изнасилование восьмилетней Маши, которую он знал. Машу, он отпустил. И опознала она его спустя несколько лет, когда ее разыскали следователи. Отпустил и следующую — восьмилетнюю Таню. Оставил в живых и мальчика Толю, который родителям все рассказал, но те постеснялись идти с таким в милицию.

Мальчиков и девочек Кулик отбирал строго по внешности. Остальное — возраст, знакомство с родителями замученных и даже степень собственного родства с ними — не имело значения. Если что и удерживало его, так только страх быть разоблаченным.

Из показаний любовницы Кулика: «Он часто ложился в постель к моему сыну, когда я уходила на кухню. Вадик — сын — прибегал, жаловался: дядя лезет ко мне, хватает за все. Я думала, просто ласкает мальчика, ну и схватит невзначай.» Из показаний Кулика: «Я дважды пытался изнасиловать своего трехлетнего сына, когда мы оставались наедине, но то мама, то жена приходили в этот момент домой». Из показаний жены Кулика: «Сын мне жаловался, что папа лезет к нему, я потребовала объяснений. Василий отвечал, что просто обрабатывал фурункул на его ягодице. Я успокаивалась — мальчик плетет невесть что…»

Желание совокупиться с обоими своими сыновьями владело им до конца, но он нашел выход: когда терпеть уже не было сил, шел на улицу и отлавливал очередную жертву.

Из интервью В.Кулика: «…Эта мысль меня стала посещать с 1982 года. Я в своих раздумьях часто представлял, что убиваю партнера ножом, но при этом не представлял себе вида крови. В общем, я постепенно, раз за разом, приучал себя к мысли, что партнера придется убить, придушить, чтобы не было крика. Были случаи у меня, что дети от боли начинали кричать, и я в испуге их оставлял. Как-то, «работая» с очередной жертвой и преодолевая её сопротивление, я немного придушил девочку. Она стала агонизировать, забилась в конвульсиях. Это вызвало у меня особое чувство полового удовлетворения. После этого случая стал так поступать со всеми жертвами — насилуя убивал, убивая насиловал.»

1983 год – у Кулика умирает отец. Василий сильно переживал смерть отца, выпил флакон корвалола, ночью потерял сознание, бился в судорогах. Но его успели отвезти в токсикоцентр, еле откачали… Было это в канун 1984 г., когда Кулик превратился в хладнокровного убийцу-садиста.

Из показаний В.Кулика: «С 1984 года я стал убивать лиц, которые были объектами моих сексуальных желаний. Во время половых актов я их душил, чувствовал судорогу тела партнера, конвульсии, испытывал при этом большое удовольствие, неведомое ранее. С того периода я оканчивал половой акт тогда, когда мой партнер был уже мертв, то есть я убивал партнера во время полового акта».

Март 1984 Из показаний Кулика: «В 20-х числах марта 1984 г., часов в 10 утра, я встретил на ул. Тимирязева 72-летнюю старушку, которая поздоровалась со мной. Я ей ответил, и мы разговорились. Оказалось, что ранее я оказывал ей как врач медицинскую помощь. В разговоре я узнал, что она живет одна, и тут у меня возникла мысль изнасиловать ее. Она жаловалась на здоровье, и я решил ввести Л. внутривенно одурманивающий укол. Я, однако, прекрасно понимал, что мне придется убить ее, иначе она заявит в милицию… Когда мы пришли на квартиру Л., я смерил ей кровяное давление, затем поставил внутривенно двойную дозу аминазина. От этой инъекции человек становится вялым, слабым, впадает в полуобморочное состояние… Я повел женщину к дивану и, положив лицом вниз, стал ее насиловать в извращенной форме. (Кулик предпочитал насиловать пожилых женщин в извращенной форме — «В естественной не мог — мне были неприятны их лица»).Во время этого я душил Л. руками за шею…»

Справкой иркутского ЗАГС смерть Л. была зарегистрирована как наступившая в результате ишемической болезни сердца, атеросклероза и гипертонической болезни. Труп не вскрывался.

Из показаний Кулика: «С конца 1984 г. я стал составлять список старух, которые меня заинтересовали – у меня была даже специальная записная книжка – «Полевой дневник». Параметры: старушка должна быть одинокой, жить без подселения, в отдельной квартире, знать меня и относиться ко мне доброжелательно… …Часто я мысленно прокручивал в голове сексуальные сцены, связанные с тем, как я вступаю в половой контакт с этими больными, но, будучи в обществе людей, я осознавал неправильность своих намерений, гнал эти мысли от себя. А когда оставался наедине — мысли опять приходили… При желании я мог бы реализовать довольно много замыслов по большому списку старушек Был у меня список и молодых одиноких женщин, которых я посетил в качестве врача «скорой помощи». Они приглашали меня заходить, но поскольку в моих сексуальных фантазиях не было им места, я ни к одной так и не зашел. Весь списочный состав остался жив.»

За первым убийством последовали еще 6, однако, смерть старушек не вызывала бурных эмоций, они могли умереть сами, некоторые тела даже толком не обследовали. А когда в теле 53-летней Т. в интимных местах нашли нож и толкушку, решили, что женщина занималась самоудовлетворением. Другую свою уже мертвую жертву Кулик поместил в ванну с водой. Но в то время уже месяц горячей воды в доме не было. Выходит, старушка решила понежиться в ледяной ванне? Одна из старушек после визита доктора даже обратилась в милицию с заявлением об изнасиловании. Но Кулик в милиции заявил, что он врач и приходил делать укол. Уголовного дела не возбудили.

Преступник оставлял после себя массу улик, и среди них важнейшие, по которым судебно-биологическая экспертиза определяет группу крови, возраст и другие данные, являющиеся подспорьем следствию. Но и местные эксперты оказались не на высоте. Таким образом, все 7 убийств пожилых женщин были списаны на естественные причины – уголовные дела по данным фактам не возбуждались.

Из показаний В.Кулика: «Что касается детей, то тут я списка не вел, все получалось импровизированно. В своих мыслях я часто прокручивал сексуальные сцены, связанные с детьми, представляя их в конкретных местах Иркутска, которые хорошо изучил еще в младенчестве. Оказываясь в этих местах — уже наяву, видел ребенка, удовлетворявшего моим фантазиям, и проделывал с ним то о чем грезил…»

Май 1984 года — первое убийство ребенка Кулик возвращался из квартиры сестры, где сутки провел с любовницей. Увидел, что во дворе сидит девочка. Совершенно одна. На вид — лет 8—9. Его любимый возраст. Подошел, предложил поиграть в прятки. Скучающая Лариса С. согласилась…

Ее труп со следами побоев и многочисленными ссадинами нашли через несколько дней в одном из подвалов в центре Иркутска. Труп девочки ужаснул даже экспертов. Из показаний Кулика: «Девочка слишком активно сопротивлялась.» Экспертиза зафиксировала, что смерть наступила от асфиксии.

Милиция начала поиск преступника с проверки бывших уголовников ранее осужденных за подобные преступления. Гражданина Левченко, бывшего уголовника и соседа убитой девочки Ларисы, задержали, так как у него в доме нашли солнцезащитные очки, дипломат, красную рубашку, интересующие следствие. Гражданин Дрозд был арестован в том же 1984 году, «захотел сделать признательные показания по факту изнасилования, имевшему место на бульваре Рябикова, с целью облегчить свою вину».

Тем не менее убийства детей продолжались.

Зимой был найден труп 7 — летнего Андрея Фомина. Опять труп был найден в одном из подвалов в центре Иркутска. (Как выяснилось позже приятель Кулика работал слесарем, имел ключи от подвалов и давал их своему другу Васе по его просьбе.) Опять имелись следы изнасилования, смерть ребенка наступила от асфиксии, кроме того на бедре ребенка был обнаружен отпечаток обуви. Последний раз Андрея видели, когда он катался с ледяной горки.

Самая младшая жертва Кулика — 2 года и 7 месяцев. Бабушка одела девочку для прогулки и поставила на крыльцо, пока занималась со старшей внучкой. Когда бабушка вновь выглянула на крыльцо там уже никого не было. Родителям девочки пришлось буквально умолять дежурных РОВД, чтобы поскорее прислали к месту происшествия оперативную бригаду. Оперативники не придали серьезного значения этим звонкам и подъехали к дому только через несколько часов после пропажи девочки. Милиция тщательно обыскала дом, переписала зачем-то мебель. На улице падал снежок, собака дальше двора след не взяла…

Спустя некоторое время – следующая жертва – на сей раз ребенок был убит в собственной квартире. Мать, придя с работы на обед, обнаружила обнаженный труп своей дочери повешенный на скакалках в детской комнате. Приехавшие оперативники не обнаружили следов взлома – девочка открыла дверь сама.

Поведение Кулика во время убийств претерпевало изменения, у него появлялись новые фантазии, которые требовали своего воплощения в жизнь

1985 год. Очередное дежурство на «Скорой помощи» принесло немало хлопот, пришлось спасать роженицу, разрешившуюся прямо в машине. Уставшего и взволнованного Кулика горячо благодарили ее родственники, и в блаженном настроении сдав смену, он заявился по давно намеченному адресу — к 75-летней Ч. Та удивилась, но Кулик сумел найти нужные слова, чтобы объяснить свое раннее появление. Измерив давление, Кулик сказал, что надо сделать укол. Двойная доза аминазина сразу повергла старушку в сон. Ч. он изнасиловал и убил ножом. Впервые. И не мог разобраться в своих чувствах: что приятнее — душить или колоть? Жуткая дилемма всецело завладела им, требовался повторный «эксперимент», и он уже старался не расставаться с ножом, нося его в «дипломате» вместе со шприцами.

Однако, когда летом 1985 года он был в отпуске в Кировограде (Украина) ножа у него с собой не оказалось…

Из показаний В. Кулика: «Летом 1985 года, когда я изнасиловал и убил в Кировограде девочку, после этого я жалел, что у меня нет ножа, чтобы расчленить ее труп, и не было подходящего инструмента для этой цели. Я считаю, что это приносило мне какое-то новое дополнительное удовольствие. С этого момента у меня в мыслях появился новый элемент — я трупы своих жертв расчленяю на куски».

К концу 1985 года насчитывалось уже 5 нераскрытых убийств малолетних детей сопряженных с сексуальным насилием, но у Иркутских милиционеров не было каких-то определенных предположений о том кто же является убийцей.

Тем не менее, судебно-медицинская экспертиза показывала, что со всеми погибшими (девочками и мальчиками) были совершены половые акты в извращенной форме. На телах погибших обнаружена сперма, совпадающая по групповой принадлежности. Этот факт, а также осмотр мест происшествий давали основание считать, что все эти преступления совершаются одним лицом.

Кроме того, у милиции имелись показания свидетелей в основном детей, которых предполагаемый преступник пытался расположить к себе. Кому-то он обещал сладости, мороженое, кому-то — показать подземный зоопарк, поиграть в прятки. (На следствии Кулик рассказывал, что не все дети охотно шли с ним. Некоторые решительно и сразу отказывались.)

По имевшимся у милиции описаниям, которые вывешивались на улицах Иркутска, разыскивался мужчина примерно 25-30 лет, выше среднего роста, худощавый, в очках, имевший дефект речи (картавость). Он мог быть одет в темное пальто, носить дипломат.

17 января 1986 года.

Пятница, впереди выходные. В квартире Куликов готовятся к празднованию 30-летия Василия, а сам хозяин дома, разгоряченный купанием своего сына, нашел предлог, чтобы выйти из квартиры — он сказал, что пойдет в булочную купить хлеба для семейного торжества, по пути же он решил сделать себе особенный подарок — изнасиловать и убить ребенка.

Подходящего мальчика он действительно нашел в булочной, где они вместе покупали хлеб. Затем он повел его на стройку на улице Тимирязева. Мальчик сопротивлялся, а времени, чтобы уговаривать его у Кулика не было – дома скоро должно было начаться торжество. Кулик силой затащил Сережу Назарова (так звали мальчика) в строящийся дом, зажал рот ладонью, чтобы он не мог кричать и сдавил горло, отчего мальчик потерял сознание. Потом стал его раздевать…

Но разгоряченный и торопящийся на собственный день рождения Кулик забыл об осторожности, и на то, что некий странный мужчина завел семилетнего мальчика в пустое строящееся здание, обратила внимание повар столовой сельхозинститута Галина Горянкина. Об этом она рассказала своим сослуживицам — бухгалтерам Татьяне Андриановой и Тамаре Веселовской, которые и отправились к зданию, где скрылся мужчина с мальчиком. Замедлив у дома шаг, они, не сговариваясь, разошлись в разные стороны и, крадучись, бесшумно обходя здание, заглядывали в каждое окно, безуспешно пытаясь рассмотреть что-нибудь в темном помещении.

Силуэт мужчины, в полусогнутом состоянии стоявшего на коленях, и лежащего на полу полураздетого мальчика первой заметила Т. Андрианова. Она окликнула мужчина. Тот стал говорить, что он врач, что зашел в строящееся здание по естественной нужде. И там обнаружил полураздетого ребенка. Будучи врачом, он, разумеется, предпринял немедленную попытку привести мальчика в сознание. Вот за этим занятием его и увидела женщина, но та ничего не хотела слушать и завопила: «Насилуют!»

Кулик выскочил в окно и бросился бежать в сторону забора, ограждающего стройку, За ним кинулись прохожие, стоявшие на остановке неподалеку – Николай Моденов председатель ДОСААФ Боханского райкома и его односельчанин — Илья Хонгодоров. Они ехали домой в Усть-Орду. Моденов вовремя успел поймать пытающегося перелезть через забор Кулика за ногу и между ними развернулась нешуточная борьба. В это время второй преследователь — И. Хонгодоров — забрался на забор и ударил мужчину по очкам, слетевшим с него в брызгах разбившихся стекол. Беглец тут же прекратил сопротивление, его сдернули с забора и привели в отделение милиции в здании автовокзала, находившегося неподалеку. После этого подозреваемого доставили в Кировский райотдел милиции.

На следующий день Кулик написал заявление на имя прокурора Иркутской области и на допросе изложил обстоятельства совершенных им убийств престарелых женщин и малолетних детей, сопряженных с изнасилованием, из его показаний стало ясно, что он совершил уже 30 подобных преступлений. И в 14 случаях жертвы были им убиты.

Он показал также места совершения своих преступлений, которые совпадали с данными протоколов осмотра этих мест, подтверждались результатами экспертных исследований и другими материалами дела, для расследования, которого была создана солидная следственно-оперативная группа.

Тем не менее, на допросах Кулик не давал следователям никаких дополнительных сведений, кроме тех, что уже были известны следствию на тот момент – Кулик постоянно уходил от деталей преступлений, скрывал обстоятельства, предшествовавшие совершению убийств и изнасилований. В частности, не открывал следствию способы и методы своих контактов с жертвами, способы завлечения малолетних в места, малодоступные для людей, сам механизм преступлений, их сексуальную сторону, последовательность действий после совершения преступлений. Такие важные следственные действия, как проверка показаний на месте, опознания, очные ставки и прочее, были проведены на весьма низком профессиональном уровне. Серьезные нарушения были допущены и при назначении всевозможных экспертиз.

Невольно помогла скрыть истину и мать Кулика. Когда, задержав Кулика, милиция нагрянула к нему в квартиру, изъяла ножи и какие-то патроны, мать, испытывая стресс, взяла с холодильника дневник сына, куда он записывал имена своих жертв и подробно, вплоть до качества оргазма, описывал содеянное, и прочитала его. В семье не практиковалось чтение чужих дневников, и Вася не прятал свой хронограф. Этот случай стал исключением. Прочитав, мать сожгла этот дневник. О чем потом и заявила следствию: сожгла, потому что никто не должен был прочитать это.

В итоге оказалось, что дело на тот момент основывалось фактически только на признательных показаниях самого Кулика, сделанных сразу после задержания, в нем не было ничего объективно установленного, кроме последнего случая, когда Кулика поймали с поличным. И в таком незавершенном виде дело Кулика было направлено в Иркутский областной суд.

Слушание дела в суде состоялось в марте 1987 года

Получив дело для ознакомления и посоветовавшись со своим адвокатом, Кулик в суде отказался от всех своих показаний, мотивируя это тем, что был вынужден в силу определенных обстоятельств оговорить себя.

А причина оказалась в том, что и сам Кулик, и его покойный отец, да и вся семья стали объектом пристального внимания шантажистов-уголовников. Когда-то, еще в годы войны, будучи на Украине, отец Кулика сделал тайник, в котором спрятал несколько немецких автоматов вместе с боезапасом. И однажды в компании приятелей проговорился об этом. Через какое-то время его навестил человек, сообщивший, что это оружие найдено и использовано при нападении на инкассаторов. Пришелец требовал денег, грозя разоблачением. И отец вынужден был платить за молчание. После его смерти шантажисты взялись за сына — Василия Кулика: угрожали расправой с семьей. Дошло до того, что троих из этой банды Василий попросту выследил и убил. Но тогда оставшиеся бандиты стали шантажировать его покойниками, о которых обещали донести в соответствующие органы. Вот и одним из их требований было: он должен принять на себя все изнасилования и убийства, которые они совершили, причем о каждом преступлении ему подробно рассказывали и даже показывали, где произошло, что, когда. Со всеми этими «признаниями» он и должен был явиться в следственные органы. Особого шарма этому боевику добавляло то, что главаря выдуманной Куликом банды звали Чибис. Итак, дуэль пернатых Кулик против Чибиса — трудно было поверить в эту фантастическую историю, однако ошибки, допущенные следователем, существенные пробелы в материалах дела послужили причиной для направления дела Кулика на дополнительное расследование.

В связи с этим в 1987 году распоряжением тогдашнего заместителя прокурора области Юрия Чайки была создана новая следственная бригада, которую возглавил один из лучших следователей Николай Китаев. Вскоре дело Кулика по указанию Прокуратуры Союза было передано в следственную часть Прокуратуры РСФСР и прокурор России С. Емельянов направил в Иркутск следователя по особо важным делам И.М. Костоева для детального изучения этого запутанного дела. И.М. Костоев (который в этот же период времени руководил операцией «Лесополоса» по поимке Ростовского маньяка Чикатило) не принимая дела к своему производству, активно подключился к организации работы вместе с существовавшей группой, был составлен план дополнительных следственных и оперативно-поисковых мероприятий, благодаря чему удалось отыскать новые жертвы маньяка – Оксану С. И Светлану П., которых осенью 83 года Кулик заманил в один из подвалов и изнасиловал. Об этих детях Кулик упоминал еще на первом этапе следствия, но тогда разыскать их не удалось. Это обстоятельство, при тактически правильном его использовании, могло в корне изменить ход дела и помочь доказать вину Кулика. Кроме того, проводились многочисленные экспертизы – логопедическая, биомеханическая, гистологическая, трасологическая результаты, которых были положены в основу доказательства вины Кулика (подобнее об этом – в книге В.А. Образцова «Серийные убийства как объект психологии и криминалистики»)

Так по крупицам формировалась прочная доказательственная база, убедительно показывающая несостоятельность доводов Кулика о якобы имевшем место с его стороны самооговоре. Подошло время допроса обвиняемого с предъявлением ему всего комплекса собранных доказательств. К этому допросу следователи готовились особенно тщательно. Достаточно сказать, только для того, чтобы определить наиболее оптимальное с тактической точки зрения время допроса, пришлось воспользоваться услугами известного биоритмолога Шапошниковой В.А. из Ленинграда.

Специалисту были предоставлены ксерокопии материалов дела, содержащие сведения о личности Кулика с момента его рождения. Используя эти сведения, научные расчеты и биокалькулятор японского ученого Татаи, Шапошникова определила биоритм Кулика на ближайшие три месяца. Специалист высказал суждение, что наиболее плодотворный речевой контакт с Куликом может состояться в середине ближайшего июня.

С учетом этого Кулик был вызван на допрос в первой половине дня 15 июня 1987 г. Допрос проводился совместно Китаевым и прилетевшим из Москвы Костоевым. Допрос начался не с эпизодов, которые ему уже были в свое время предъявлены, а только в отношении новых жертв, найденных в последнее время. Причем одновременно следователи постоянно возвращались к его несостоятельной легенде, которую он себе придумал. Были проведены опознания, очные ставки, обвиняемому предъявлялись результаты экспертиз, которые неопровержимо указывали на него. На четвертый день беспрерывных допросов Кулик признал полностью свою вину в совершении инкриминируемых ему преступлений. Заявил, что при наличии такого комплекса убедительных доказательств ему нет смысла далее запираться и вводить в заблуждение следственные органы. Более того, он сообщил о совершении еще нескольких преступлений, о которых следователям не было известно (эта информация в ходе проверки подтвердилась). Повторно был проведен ряд мероприятий: выезды на места, в том числе и по вновь открывшимся обстоятельствам, но уже в деталях, в мелочах восстанавливались по его показаниям такие факты, о которых и сами вновь установленные потерпевшие забыли или их не называли. Дело было спасено.

Правдивые показания, которые дал Кулик в июне, он уже не изменял до конца расследования. Подтвердил их и в ходе судебного заседания, полностью признав свою вину.

11 августа 1988 г. суд приговорил Кулика к расстрелу. Но еще почти год он находился в камере смертников. Вел дневник, писал стихи, охотно давал интервью. Журналисты снимали его в камере смертников, где он рассуждал о смысле жизни.

26 июня 1989 года приговор был приведен в исполнение. Василию Кулику было 33 года…

Автор — Svan

Обсудить на форуме

Приговоры
Это интересно!